Когда дело не доходит до крайностей. Отречение Быкова.

    Здесь мы предоставим слово тем, кто считает спиритизм занятием вредным и опасным, как для здоровья, так и для психики. Несомненно, порой такие авторы перегибают палку и склоняются к идее о всеобщем вреде спиритизма, хотя, надеемся, грамотному читателю не составит особого труда справиться с их аргументами. Рискуя показаться чересчур занудными и крайне неоригинальными, мы напомним ещё раз, что в книгах Аллана Кардека, в частности, в "Книге медиумов", уже даны ответы на многие вопросы, встающие в процессе практических занятий спиритизмом. Ну а теперь мы уступим трибуну Игорю Винокурову, автору многих монографий, посвящённых паранормальным явлениям.

***

    Ю. А. Фомин сделал одно поразительно точное сравнение. Оно достойно того, чтобы привести его полностью:

«Действия некоторых контрагентов можно сравнить с поведением молодых людей, стремящихся завязать знакомство с незнакомой девушкой. Прежде всего наш герой стремится выявить интересы объекта увлечения и в соответствии с этим представить себя наиболее выгодным образом (кинорежиссером, артистом и тому подобное). Затем увлечь партнершу беседой на волнующую тему. Но часто интересной информации надолго не хватает, да и девушка задает такие вопросы, что ответить на них трудно. Чтобы поддержать беседу, приходится фантазировать на заданную тему, придумывать все новые и новые факты и события... Нечто подобное мы наблюдаем и при разных проявлениях спиритизма. Контрагент вступает в контакт со спиритом, который мечтает о встрече с инопланетянами. Ну что же, он готов стать представителем какого-либо далекого созвездия...»

     Подобную стратегию опытного ловца душ Церковь называет понятно и просто, это — прелесть, прелыцение, обольщение, искушение, искус. И контрагенты очень умело ею пользуются, демонстрируя чудеса медиумизма — показывая различные необычные физические феномены, давая фантастически точные предсказания, прописывая необыкновенно эффективные лекарства, снабжая действительно ценными советами. В обшем, прельщают. А когда в них уверуют, показывают, кто они в действительности есть. С тем, как происходит процесс обольщения, В. П. Быков познакомился на собственном опыте. Вот как описывает его он, подразумевая под контрагентом самого сатану:

«Впавшая в тяжкое несчастье женщина, обратившись ко мне за советом и помощью, вызвала во мне страшное сочувствие и сострадание. На эту-то удочку сатана, добивавшийся моего окончательного изловления, поймал нас обоих: и ее, и меня.
     До этого времени я видел только лишь один сеанс, поразивший меня до глубины души, со всем же остальным я был прекрасно знаком теоретически. Теперь я приступил к практике.
     Устроили первый сеанс, в котором участвовали вся моя семья и два-три знакомых человека, сначала с блюдечком. Появился дух покойного Н. И. Пирогова. Объявился неожиданно для всех и медиум.
     Получилось неожиданное сообщение о невиданном и неслыханном средстве против страшной и затяжной формы мокнущей экземы у одной из присутствующих, которой она страдала и безуспешно лечилась в течение многих лет у очень многих и известных врачей. Лекарство было выписано, и оно в удивительно короткий промежуток времени дало самые блестящие результаты.
     Остальные члены так быстро и неожиданно составившегося кружка были охвачены этим бесовским делом так же, как и я. И начались такой поразительной силы феномены, что если даже сейчас кому-либо приходится говорить о них, то многие не в состоянии в это поверить.
     Несмотря на то что наши сеансы происходили чуть не каждый день, у нас были переносы предметов на расстоянии в тридцать—сорок верст. Причем эти предметы имели вес около двух фунтов.
     Приносы совершались таким образом, что во время сеанса предмет сначала падал откуда-то сверху на железную крышу второго этажа дачи. На этот стук кто-нибудь по указанию медиума выходил, брал предмет прямо с крыши, так что о подделке этого феномена не могло быть и речи, не говоря уже о том, что на сеансах около трети участвовавших были скептики.
     Столы весом от нескольких фунтов до нескольких пудов подымались на очень большую высоту в полной темноте и при свете. Являлись полные и частичные материализации. Последние дали несколько парафиновых слепков.
     Сеансы эти обставлялись самым тщательным контролем, и в состав участвовавших приглашались умышленно лица, скептически относившиеся ко всем этим явлениям. Между прочим, были три поразительных феномена, которые ярко свидетельствуют о том, что все они воспроизведены темной силой сатаны.
     Первый: находившееся у двух членов этого кружка письмо третьего лица во время переезда их из Москвы на дачу они разорвали на мелкие куски и выбросили из окна поезда. Во время сеанса того же дня оно было принесено совершенно целым с обожженными краями, тогда как это письмо ни до его уничтожения, ни после сожжению не подвергалось.
     Второй: на одном из сеансов появилась левая сторона материализованной женской фигуры. Присутствующие тихо спросили медиума, почему вышла материализация только одной левой стороны. Он ответил, что в этот же самый момент правая сторона призрака выявилась на сеансе одного из спиритических кружков Петербурга, где медиум назовет наш адрес, и мы получим об этом уведомление. Через два дня из петербургского кружка И. И. К. был прислан запрос по нашему адресу, в котором сообщалось, что у них на сеансе появилась материализация правой половины человеческого контура, и, когда спросили духа, где находится левая сторона призрака, он указал на наш кружок. Сопоставив время и другие второстепенные условия, установили, что это явление в нашем кружке и в кружке К. пунктуально совпадало.
     Третий: во время одного из сеансов в полной темноте из самой обыкновенной деревянной двери потекла вода, которой были наполнены два больших, в несколько стаканов, сосуда. Когда просили духа разрешить проверить реальность этого явления, во время повторения этого феномена во второй раз (их было только два) духом было дозволено одному из участников сеанса, не давая света, ощупать место истечения воды. Дверь была совершенно цела, но в том месте, откуда шла вода, была ощущаемая сырость.¹
     Мы не говорим здесь за недостатком места о таких феноменах, как минута в минуту, час в час передача медиумом начала японской войны в виде точного изображения картины предательского нападения на наш флот в Порт-Артуре. Когда на другой день, в двенадцать часов, появилась телеграмма об этом событии, у читающих ее участников вчерашнего сеанса, как говорится, волосы вставали дыбом от изумительно точного совпадения между переданным медиумом и этой роковой телеграммой.
     За несколько месяцев до убийства министра внутренних дел В. К. Плеве на одном из сеансов медиумом в ярких и точных чертах была воспроизведена картина этого убийства без указания имен и общественного положения личностей.
     И тысячи других, подобных этому, примеров.
     Дело доходило порою до того, что мы о результатах некоторых сеансов боялись говорить за пределами своего кружка из опасения, чтобы нас не сочли в иных случаях не только лжецами, а даже сумасшедшими, а в других — из простого опасения навлечь на себя самые неожиданные неприятности. И только лишь небольшую часть их мы печатали в издававшемся в то время В. И. Прибытковым журнале «Ребус»...
     А между тем физические чудеса разрастались до невероятных пределов, моральные же назидания составляли целые тома.
     Излишне говорить, что всю совокупность приведенных выше феноменов наблюдали не один, не два, а чуть ли не двенадцать человек. Помимо имеющихся засвидетельствованных многочисленными подписями протоколов, это могут лично подтвердить оставшиеся в живых участники этих сеансов.
     Но эти чудеса захватывали человеческую душу и настолько усыпляли всякие сомнения, всякое недоверие, в особенности по отношению почитания религии, слова Божия, Церкви, что в конце концов все стало приниматься на веру, во всем стали полагаться на искренность и святость сообщавшихся с нами духов.
     Наконец, на сеансах то и дело стали появляться сообщения о том, что вся эта необъятность, грандиозность явлений в нашем кружке потому и сосредоточилась, что-де мы «должны нести в мир широкую проповедь об этом учении, так как приближается время тревожное, страшное и опасное».
     Но какое это время, подробного объяснения духи не давали.
     Так как требование несения проповеди в жизнь было все настоятельнее и настоятельнее, мы стали просить более подробных указаний, директив. Нам говорили, что вот-вот накануне самого ужасного времени мы приведем к вам людей, и вы увидите, что делать.
     Наступил тревожный 1905 год, и в это же время в наш кружок явилось лицо, которое выразило жела-ние при нашем участии издавать спиритический журнал.
     В мае 1905 года, еще не посылая прошения в Петербург о разрешении издавать по выработанной духами программе спиритический журнал, во время нашего богомолья в Саровской пустыни мы получили сообщение «оттуда», какого числа будет разрешено в Петербурге наше издание и за каким номером будет прислано разрешение на издание.
     Все оправдалось с математической точностью, a накануне первой всероссийской забастовки вышел в свет первый номер нашего спиритического журнала.
     С этого времени началась какая-то вакханалия и духов, и людей, окружавших нас.
     Издания пользовались необычайным успехом. Читатели находились не только в России, но даже в далекой Америке. Но в то же время в самой основе дела чувствовалась какая-то непрочность, необоснованность, неуверенность. Как будто кто-то одной рукой строил, а другой методически разрушал...
     Духи то и дело не только нас, но и лицо, принявшее наше издание, находившееся от нас очень далеко, побуждали на все новые и новые формы пропаганды спиритизма.
     Медиумы на сеансах не только в нашем, но и в чужих кружках пели нам хвалебные гимны, предсказывали целые храмы, целые палаццо.
     А между тем через три года мы были в неоплатных долгах.
     И в этом чаду страшной работы, молниеносной деятельности мы как-то незаметно для самих себя оказались не только отошедшими от Церкви, от религии, от Бога, но уже отводящими от всего этого и своих доверчивых читателей, поклонников и учеников.
     И только лишь благодаря усиленным молитвам Церкви я вместо того, чтобы растеряться, потерявши решительно все — и лучшие годы, и здоровье, и силы, и средства (войдя в область теософских, оккультных и спиритических знаний в пышном расцвете молодости, свежих сил и непочатой энергии, я вышел оттуда дряблым и дряхлым стариком), вместо того, чтобы упасть окончательно духом и предаться медленно смерти, моментально ожил перед вставшим передо мною вопросом — что же за причина, вследствие чего и благодаря чему я до сих пор, как галлюцинирующий, как психически больной, не видал истины там, где была ложь, и принимал последнюю за истину?»

     Напомню, читательская аудитория у журналов, издававшихся в 1905 — 1912 годах Быковым, составляла до полумиллиона человек, а число обывательских спиритических кружков превышало три с половиной тысячи. Такие масштабы увлечения спиритизмом в значительной мере были обязаны наущению со стороны самих духов, прельстивших столь слепо доверившегося им издателя. Последний, правда, в конце концов осознал допущенную им ошибку, но ее плодами духи успели попользоваться.
     Помимо исковерканных судеб, длительное и систематическое участие в спиритических сеансах может отразиться на душевном и физическом здоровье. Подобные примеры приводит и Быков. Вот один из них — письмо к нему с просьбой о помощи, помеченное 23 марта 1913 года:

«Года три назад вошел в мою семью один врач, убежденный спирит. И с первых шагов увлек меня, жену и дочь спиритизмом и начал устраивать сеансы. Медиумом оказался я. Я всегда бывал в трансе. Что происходило — никогда не видал, но они все говорили, что совершались необычайные явления до материализации включительно. Сеансы все учащались и учащались. Но попутно с этим мои дела все падали и падали. И разрушалось здоровье. Теперь я почти не могу ходить. У меня страшное сердцебиение и одышка. Затем дела остановились окончательно. Приказчики обирают меня, так как я отошел от дела. Жена... Жена — страшно сказать — находится во власти этого врача. Ходит, как находяшаяся в непробудном трансе. Если кто еще нормален — это дочь. Но и ту давит окружающая атмосфера. Дайте совет. Вы ведь из этого выбрались — спасите. Я боюсь, не выдержу».

Автор письма, сообщает Быков, скончался в июне того же 1913 года.
     А вот другое письмо к бывшему спириту. Мать просит помочь своей дочери. Она побывала на лечении у магнетизера, который поставил ей такой диагноз: «прекрасный медиум». Мать пишет:

«С той поры она стала искать спиритические кружки, а так как их у нас — хоть пруд пруди, то, конечно, довольно скоро попала в таковой и сделалась медиумом. И вот два года сплошной медиумизации извели ее до неузнаваемости. Худеет, бледнеет, стареет, болеет, но... оставить свое пагубное занятие — и не говори. Говорит, что без него — покончит с собою».

     Польский исследователь Роман Бугай в статье, опубликованной в 1995 году, особо отметил, что воздействие спиритических сеансов на физическое состояние тех, кто ими занимается, — весьма характерный феномен. Особенно резко он проявляется в отношении физических медиумов. Вот что в этой связи Бугай сообщает о Франеке Клуски:

«Иногда после сеансов на теле медиума появлялись кровоточащие и гноящиеся раны, которые исчезали через день или два, не оставляя никаких заметных следов... Тахикардия, судороги, огромная физическая усталость, обмороки, каталепсия, внутренние и внешние кровоизлияния, рвота, длительное недомогание, внезапная потеря или прибавка веса, острая жажда и неутоляемый голод, бессонница — таковы довольно частые последствия сеансов. Временами после сеансов, насыщенных событиями, и другие участники чувствовали себя утомленными и изнуренными».

     Известны и специальные исследования о влиянии оккультных практик и занятий спиритизмом на здоровье. Например, книга Курта Коха «Душепопечение и оккультизм», в которой изучено более 600 соответствующих конкретных случаев. Вот наиболее распространенные результаты обращения к оккультизму и спиритизму: мысли о самоубийстве; маниакальные страхи; подавленность, отвращение к жизни, депрессия; некоммуникабельность; раздражительность, агрессивность; навязчивые мысли; проявления полтергейста; сексуальные отклонения. На распространенность последних у спиритов указывал и Быков. А знаменитый медиум Г. Слейд пережил два тяжелейших психических расстройства.
     А. Конан Дойл в серии статей на тему «Спиритизм и сумасшествие», опубликованных зимой и весной 1920 года, опровергает «старую позорную историю об американских психиатрических больницах, якобы битком заполненных спиритами». Он сообщает, со ссылкой на медицинскую статистику, что в Америке в конце 1870-х годов среди 14550 душевно-больных пациентов лишь у четырех болезнь была связана со спиритизмом. Через четыре десятилетия число душевнобольных-спиритов составило 45 человек. Дойл уточняет, что слово «спириты» применяется не к одним только медиумам. Знаменитый писатель и поборник спиритизма заключает:

«Спиритизм может выдержать испытание и этого рода, ибо в сравнении со всеми иными видами культа он всего менее располагает людей к умопомешательству».

     Конечно, следует учитывать, что и Быков, и Конан Дойл пристрастны в своем отношении к спиритизму, правда, их пристрастность полярна, и тем не менее и тот, и другой сообщают не противоречащие друг другу сведения. Оба едины во мнении, что да, бывает, но для Быкова это правило, а для Конан Дойла — печальное исключение.
     Вообще же, по вопросу о пользе или вреде занятий спиритизмом люди высказываются, похоже, на основании своего личного к нему отношения. Вот, например, отношение профессора Вемза:

«Большинство исследователей медиумизма считают его полезным для общества явлением, которое нужно всемерно развивать и использовать, поскольку он способствует устранению страха смерти и суеверий, а также обеспечивает связь с дорогими По (процессорами отшедших. — И. В.) и познание условий предстоящей жизни... Но антагонисты, мало знакомые с вопросом, считают медиумизм родом душевного расстройства... Высказывались мнения о вреде медиумических опытов для организма сенситива. Об этом преимущественно говорили критики медиумизма, не имеющие значительного личного опыта в этой области... Бесспорно, что патологические отклонения в этой области (как и во всех прочих) имеют место. Это нервные расстройства, которым могут сопутствовать галлюцинации, бред, истерия и т. п. ... Однако обобщение опыта медиумизма за много десятилетий показывает, что отрицательные последствия занятий медиумизмом являются исключением, а не правилом... А при слабом уровне медиумической одаренности, который необходим для наших исследований, занятия медиумизмом можно считать вполне безопасными».

     А вот противоположное мнение другого современного автора, имевшего солидный личный опыт участия в бытовых спиритических сеансах:

«И в целом занятие спиритизмом небезопасно не только для жизни и здоровья участников сеансов, но и для их родных и близких. Самое удивительное, что может сопровождать увлеченность феноменом, — фанатизм, вовлечение в некую зависимость от духов, подобное рабству» (С. Алексеенко. Игры спиритов. М., 1991).

     Об издержках увлечения спиритизмом хорошо знали и старые авторы. Например, К. Фламмарион еще в конце прошлого века писал:

«Спиритизм используют для различных целей, имеющих с ним очень мало общего: чтобы устраивать свадьбы, эксплуатировать слабохарактерных людей, завладевать крупными наследствами. Я знавал одну женщину, в сущности очень милую, сделавшуюся потом маркизой и богачкой благодаря тому, что она ловко внушила своему будущему мужу через посредство стуков на спиритическом сеансе, будто его покойная жена сама назначает ее своей преемницей. Знал я также одну вдову, заставившую человека жениться на себе, уверив его, что в ее недавно родившемся малютке вошютился дух его умершего, нежно любимого ребенка».

     Фламмарион обратил особое внимание и на обширное поле легковерия, открывающееся перед теми, кто попал в сети увлечения спиритизмом:

«Я знавал одного офицера, очень почтенного, который нисколько не сомневался в подлинности имен, выстукиваемых столом, и аккуратно каждое воскресенье, после завтрака, беседовал с Лейбницем и Спинозой. Другой толковал о социальной философии с Жаном Вальжаном, не смущаясь тем, что этот герой романа — создание фантазии его автора. Одна знатная дама, уже пожилая и очень умная, когда-то хорошо знакомая с лордом Байроном, вызывала его дух каждую неделю и советовалась с ним насчет помещения своих капиталов. Один доктор, член Парижского медицинского факультета, избрал себе собеседниками с того света Данте и Беатриче, которые являлись беседовать с ним, но порознь, потому что на том свете им запрещено сближаться. Один сумасбродный медиум, имевший двенадцать детей и потерявший из них семерых, каждый месяц осведомлялся, как они поживают, каково состояние их здоровья, и аккуратно все записывал. Другой призывал «душу земли», которая отвечала ему и управляла всеми его помыслами».

(И.Винокуров, "Духи и медиумы", с. 514-525)

******************************************************************************************

¹ И тем не менее, Быков так и не сумел пояснить, почему именно сатана стоял за всеми этими вполне естественными явлениями - православный лексикон как всегда прикрывает самоуверенную демагогию, не ведающую доказательств - истинного сатану. Это - весьма печальный случай, но особенно печален он тем, что Быков, не осознав всей серьёзности спиритизма и доверчиво относившийся к своим духам, после разрыва со "спиритизмом" не изменился к лучшему и впал уже в другое слепое "одержание". (webmaster)