К вопросу о спиритическом сциентизме.

     Спиритические исследования с самого своего зарождения привлекали людей самых разных убеждений, характеров и склада ума. Не удивительно, что равно как и в других науках, в спиритизме также сложилось противопоставление между "практиками" и "теоретиками" при всей условности этого деления. Специфика спиритизма состоит в том, что в данном случае, хотя "теоретики" мало уступали "практикам" по части опыта проведения сеансов, различия между их взглядами базировались на коренном различии в подходах: "практики" рассматривали спиритизм как науку целиком экспериментальную, тогда как для "теоретиков" основная ценность спиритических проявлений содержалась в их мировоззренческом, религиозном и целительском содержании.
     Разумеется, было бы, наверное, странным ожидать, что спириты окажутся единодушны абсолютно по всем вопросам, и что их минуют традиционно сложившиеся различия в характере и темпераменте исследователей. Представляется удивительным лишь следующее. Нет такого учёного-спирита, который бы не возмущался в своих работах по поводу невежественного отношения академических кругов к спиритическим исследованиям, нежелания многих представителей науки знакомиться с фактами, высокомерных и одиозных оценок (разумеется, отрицательных), даваемых этими горе-учёными спиритизму. Однако бывает и так, что ситуация меняется зеркально, и, к сожалению, те же эмоции захлёстывают уже самих учёных-спиритов - а именно в случаях, когда речь заходит о более высоких материях, чем просто прилежное фиксирование результатов экспериментов с медиумами, и стойкое неприятие такими учёными идей спиритической философии¹ - которое мы позволим себе назвать сциентизмом - до рези в глазах всеотрицание академической науки, кричащей "Этого не может быть, потому что этого не может быть!"²
     Капитальная монография профессора Всеволода Михайловича Запорожца (работающего под характерным псевдонимом "Вемз"), ведущего советского и российского физика, в течение почти 30 лет занимавшегося спиритизмом, - характерный пример авторства "практика". Поскольку мы планируем включить её в число книг, доступных в нашей виртуальной библиотеки, в ближайшее время, мы освободим себя от пересказа или подробной рецензии этого труда. Тем не менее, нельзя не отметить, что её идеология не соответствует духу нашего сайта, поэтому мы остановимся на критике ряда положений, утверждаемых В.М.Запорожцем. Также следует отметить, что позиция Вемза по отношению к Кардеку весьма характерна, поэтому её следует рассмотреть в более широком контексте, а именно как показательный пример великого спора, ведущегося в спиритическом движении вот уже полтора столетия.
    Данная монография представляет объёмный труд, посвящённый не только спиритизму, но и другим паранормальным явлениям, подтверждающим реальность человеческой души. Вемз, не углубляясь в философские обобщения, приводит массу примеров, доказывающих жизнь после смерти, реальность телепатии, ясновидения и т.п. Человеческую душу автор называет термином "процессор", или сокращённо "П" ("П₀" для духов умерших). Тем самым Вемз пытается абстрагироваться от прочих исследователей, которые порой использовали слово "душа" в идеалистическом значении (см. "Контуры мироздания", с. 10). Но увлечение (в умеренных дозах) изобретением формалистских схем порой кажется излишним - так, в главе 18 автор представляет собственный алгоритм доказательства жизни после смерти на основе установления контакта с умершим, при этом схема не прибавляет ничего нового к тому, что писал Кардек, хотя изложена она куда более пространным языком, чем у французского учёного. Более того, с самого начала чтения книги бросается в глаза, что Вемз, демонстрируя впечатляющую эрудицию почти по всем вопросам, так или иначе связанным со спиритизмом, порой допускает непозволительные вольности и даже откровенные искажения в толковании или просто пересказе идей Кардека, приписывая ему всякие небылицы, что свидетельствует не в пользу того, что Вемз был хорошо знаком с книгами Кардека. Так, у нас нет сведений о том, что Кардек был журналистом, как это Вемз утверждает вслед за Аксаковым ("Контуры мироздания", с. 203); впрочем, Аксаков мог опираться на биографические источники, нам не доступные, хотя известные нам источники о занятиях Ипполита Ривая журналистикой умалчивают. Странно выглядит и следующая цитата:

"Обсуждают возможность существования фей, гномов и прочих созданий коллективной фантазии. А.Кардек отвергал эту возможность /634/<...>" ("Контуры мироздания", с. 344")

Ссылка даётся на "Книгу Духов", фр.изд., 1857, с. 167. На самом деле в "Книге Духов" Кардек не только не отвергает существование сказочных существ, но даже не обсуждает их. Единственным упоминанием о феях служит следующий фрагмент из "Книги медиумов":

Многие критики судят о Спиритизме по сказкам о феях и по народным легендам, которые не что иное, как вымыслы. Это всё равно что судить об истории по историческим романам и трагедиям. (Гл. I)

При этом героем повествования в 1-й главе "Книги медиумов" является сам спиритизм, тогда как феи упомянуты лишь к слову. Также неточными являются следующие слова:

    "А.Кардеку сообщили следующую градацию духовного развития жителей планет: астероиды - Марс - Земля - Меркурий и Сатурн - Луна и Венера - Юнона и Уран - Юпитер (наивысшее) /634/.³" (с. 365)

Но Кардек не упоминает ни об астероидах, ни о Меркурии, ни о Луне с Ураном:

    Согласно духам, среди планет, составляющих нашу Солнечную систему, Земля относится к тем, обитатели коих наименее продвинулись физически и морально. Марс ещё более уступает ей, а Юпитер много превосходит её во всех отношениях, Солнце же якобы вовсе не является миром, населённым телесными существами, но местом встреч Высших Духов, кои оттуда лучатся мыслью в другие миры, ими направляемые через духов менее высоких, каковым они передаются благодаря содействию вселенского флюида. <...> Размеры и расстояние от Солнца не имеют никакой связи со степенью продвинутости планет, поскольку Венера представляется более развитой, чем Земля, а Сатурн - менее, нежели Юпитер. ("Книга Духов", кн. 2, гл. IV)

Наиболее же поразительным является другое замечание Вемза:

     "Он [т.е. Кардек - webmaster] считал, что после смерти наступает период бессознательности или смятения длительностью обычно не более восьми дней, а на девятый день - облегчение и видение оставленной жизни; с этого времени отшедший дух уже доступен для медиумического общения (а некоторые сразу после смерти)." (с. 357)

Это абсолютно неверно, даже непонятно, откуда Вемз взял эти цифры, поскольку духи не раз говорили Кардеку, что все земные сроки для той жизни - ничто, Кардек же пишет о длительности смятения следующее:

    Продолжительность смятения, наступающего после смерти, весьма различна: оно может длиться как несколько часов, так и несколько месяцев, и даже - несколько лет. ("Книга Духов", кн. 2, гл. III)

    Теперь перейдём к обсуждению более серьёзных, концептуальных, вопросов, по которым расходятся взгляды Кардека и Вемза. Не в последнюю очередь это касается реинкарнации. Вемз к последней относится достаточно прохладно, утверждая, что ему не попадались духи, помнившие свои прошлые существования. Тем не менее, Вемз вслед за О.Хаксли допускает, что люди могут перевоплощаются, но лишь по желанию, в соответствии со своими убеждениями и верованиями: так, в принципе перевоплощаться должны буддисты, но не христиане ("Контуры мироздания", с. 258-259, 405, 411). По-видимому, отвергнуть реинкарнацию на корню мешают свидетельства, более или менее убедительно свидетельствующие в пользу перевоплощения (так, на с. 410 книги приведены 2 свидетельства из материалов И.Стивенсона, известного американского исследователя реинкарнации), из-за чего Вемз склоняется к компромиссному варианту. Однако, если следовать его логике, то можно предсказать, что индуисты, например, могут в согласии со своей религией перевоплотиться в животное или растение, - но последний вариант автор отбрасывает (с. 406). Также не ясно, как быть с атеистами, которые согласно своим убеждениям вообще должны умирать вместе со своим телом... Получается, что, отвергая универсальность реинкарнации, Вемз тем самым приближается к отрицанию универсальности жизни после смерти! И в самом деле, ведь количество людей, которых никогда не вызывали на сеансах, намного превышает количество тех, с кем связь была установлена. Но на каких основаниях практически все спириты, включая и "практиков", тем не менее говорят об универсальности бессмертия человеческого сознания? Лишь на том основании, что для вызванных умерших, чья личность была достоверно установлена, посмертное существование доказано. А поскольку эти люди ничем от других не отличались и, говоря языком математической статистики, представляют собой случайную выборку, то ничто не мешает нам утверждать, что та же участь ожидает и других. Более того, твёрдо установленный факт посмертного существования хотя бы одного человека говорит о принципиальной возможности преодоления смерти тела для человеческого сознания, также как и в случае, когда какое-либо новое опасное заболевание поразило одного-единственного человека, было бы вполне естественно сделать вывод, что то же заболевание может поразить и любого другого. Итак, речь идёт о принципиальном, объективном внутреннем свойстве человеческого духа. Тезис о том, что в субъективном астральном мире объективных законов нет вовсе, малоубедителен. Да и в изученных случаях перевоплощения и регрессий в прошлые жизни далеко не все верили в реинкарнацию и метемпсихоз (ваш покорный слуга имел ряд весьма убедительных дежа-вю, которые не относились к стране, где исповедуют перевоплощение).
    Касательно философского аспекта этой проблемы, Вемз утверждает, что в общем случае земная жизнь является лишь стартовой точкой духовного развития, что она может задать его направление, но большая часть эволюции духа будет происходить в неземных сферах, отмечая, правда, что медиумизм не даёт какого-либо чёткого представления о дальнейшей судьбе духа. Но если принять гипотезу Хаксли, то выходит, что циклическое развитие путём перевоплощений и одноправленное развитие сами по себе равноценны, по крайней мере, первое не уступает второму. Однако если в пользу первого есть определённые свидетельства, то вторая теория базируется лишь на том, что некоторые духи о своих прошлых жизнях ничего не помнят (также как и затрудняются определить свою дальнейшую судьбу в долгосрочной перспективе).⁴
    Вемз полагал, что догму перевоплощения Кардек навеял своим медиумам телепатическим путём, из-за чего к его спиритическим материалам следует относиться скептически и всерьёз в расчёт не принимать (см., напр., с. 410). Впрочем, то же самое обвинение можно повернуть и против самого Вемза - дескать, навеял он своим медиумам отрицать реинкарнацию (по типу фантома Филипа, о чём см. ниже)... Наш автор, тем не менее, этого аргумента не замечает, сосредотачиваясь на критике одного Кардека:

        Основатель французской школы медиумизма А.Кардек настаивал на исключительном использовании автоматического письма, утверждая, что лишь этим способом могут сообщаться "высокие", далеко продвинувшиеся в своём развитии П₀, для которых двигательный автоматизм и прочие "физические" проявления медиумизма, якобы, слишком "грубы" - они являются уделом "низших" П₀ {169-8}. Кардек понимал, что в сообщения могут вмешиваться подсознание медиума и другие посторонние сущности и указывал на необходимость контролировать самоличность сообщающегося по смыслу сообщений. Его ошибкой была уверенность, что лишь сообщения "низкого", земного уровня могут быть таким путём искажены, но не сообщения "высоких" П₀, для вмешательства в которые уровень развития сторонних сущностей недостаточен. Эта ошибка явилась источником религиозно-мистических заблуждений Кардека и его многочисленных последователей {170-8}. Для полученных ими сообщений характерны стереотипность и тенденциозность. По большей части они представляют собой наставления в вере и поучения всяких "высоких" и "великих" личностей, преимущественно христианских святых. ("Контуры мироздания", с. 201-202)⁵

     Начинается этот пассаж с некоторого утрирования. Кардек предоставил определенные аргументы в пользу преимущества автоматического письма, так что это не было просто его собственной прихотью (см. "Книга медиумов", гл. XV-XVII). Также вполне оправданно и то, что физические явления производятся преимущественно духами низких ступеней развития - можно ли представить, что непосредственным производителем полтергейста может быть дух Иисуса Христа? Нет, у Чистых и Высших духов есть много другой, менее грубой работы, также как много низших духов - необязательно злых - которым можно поручить производство материальных явлений.
     Далее в анализе Вемза мы сталкиваемся с откровенной дезинформацией: Кардек нигде не призывал к доверчивому отношению к "высшим" посланиям. Наоборот, он упоминает о том, что сами Высшие Духи настоятельно рекомендовали проверять их самих, а критический анализ апокрифических посланий в конце "Книги медиумов" (гл. XXXI) развевает в этом все сомнения. Что касается "стереотипности и тенденциозности" посланий, полученных Кардеком - это стандартный лексикон критиков Кардека, и Вемз здесь не столь оригинален. Это, конечно, дело вкуса - нам, например, наоборот, кажется, что приводившиеся в книгах Кардека сообщения весьма разумны и глубокомысленны, тогда как "стереотипностью и тенденциозностью" порой отличались как раз его критики. Предоставим читателю самому судить, так уж предсказуемы и банальны следующие беседы из "Книги Духов":

6. То сокровенное чувство ощущения Бога, которое мы носим в себе, не есть ли оно результат воспитания и продукт приобретённых идей?
    - "Если б оно было так, то почему это чувство есть даже у ваших дикарей?" <...>
214. Как относиться к историям о детях, дерущихся в чреве матери?
    - "Метафора! Дабы обрисовать, что ненависть их закоренелая, её заставляют предшествовать самому их рождению. Обыкновенно вы не вполне сознаёте поэтические фигуры образного языка." <...>
266. Не кажется ли естественным выбирать себе испытания менее мучительные?
    - "Для вас, да; для духа, нет; когда он отделён от материи, он лишается иллюзий и думает иначе." <...>
463. Говорят иногда, что первое движение души всегда хорошо; точно ли это так?
    - "Оно может быть как хорошим, так и плохим, всё определяется природой воплощённого духа. Оно всегда хорошо у того, кто слушается благих вдохновений." <...>
466. Почему Бог позволяет духам подстрекать нас ко злу?
    - "Несовершенные духи суть орудия, инструменты, предназначенные для того, чтобы испытать веру людей в добро и постоянство их в этом. Ты, будучи духом, должен итти дальше в науке о Беспредельности, ради этого ты и проходишь через испытания злом и приходишь к добру. Наша задача поставить тебя на добрый путь, а когда на тебя действуют дурные влияния, то это просто означает, что ты сам навлекаешь их на себя своим желанием, ибо низшие духи приходят к тебе на помощь всякий раз, как у тебя есть желание творить зло; они могут помочь тебе во зле, лишь когда ты сам хочешь зла. Если в тебе есть склонность к убийству, ну что ж! вокруг тебя будет роиться целая туча духов, которые станут поддерживать в тебе мысль об убийстве; но рядом с тобой будут также и другие, которые постараются повлиять на тебя в хорошую сторону, что и восстанавливает равновесие и делает тебя хозяином своей судьбы." <...> (NB: последние слова весьма мудры, ибо они достаточно элегантно и лаконично разрешают тот вопрос, который до сих пор мучает церковных теологов: для чего Господь создал зло? - webm.)
757. Может ли дуэль рассматриваться как законная защита?
    - "Нет, это лишь убийство и безобразный обычай, достойный варваров. При цивилизации более продвинутой и более нравственной человек поймёт, что дуэль настолько же нелепа, как и поединки, которые некогда рассматривали как суд Божий." <...>
758. Может ли дуэль рассматриваться как убийство со стороны того, кто, зная собственную слабость, почти уверен в том, что погибнет?
    - "Это самоубийство."
- А когда шансы равны, то убийство это или самоубийство?
    - "И то, и другое." <...>
761. Закон самосохранения даёт человеку право заботиться о сохранности собственной жизни; так не пользуется ли он этим правом, когда отрезает от общества член, представляющий опасность?
    - "Есть и иные способы предохранить себя от опасности, как только убить её носителя. Нужно во всяком случае открыть преступнику дверь для раскаяния, а не закрывать её для него."
762. Если смертная казнь и сможет быть изгнана из цивилизованных обществ, то не была ли она всё же некой необходимостью во времена менее продвинутые?
    - "Необходимость" - не то слово; человек всегда считает что-то необходимым, когда не находит ничего лучшего; по мере того как он просвещается знанием, он лучше понимает, что справедливо, а что нет, и отвергает перегибы, совершённые во времена невежества во имя справедливости." <...>
932. Почему в миру влияние злых часто берёт верх над влиянием добрых?
    - "Это происходит по слабости добрых; злые интригуют и нападают, добрые в нерешительности; но как только эти последние того пожелают, они возьмут верх."

    Что же касается автоматического письма, то мы можем предположить, что Кардек предпочитал его по той причине, что это - наиболее эффективный способ медиумической связи, позволяющий получить достаточно большой объём информации, зафиксированный на бумаге (особенно при высокой скорости передачи сообщения ). Заметим, чем длиннее послание, тем больше в нём содержится информации о его авторе, которая имела очень важное значение в теории медиумических сообщений Кардека. Наконец, напомним и о таком немаловажном признаке отошедшей личности, как её прижизненный почерк, который можно воспроизвести, как мы понимаем, только при помощи автоматического письма, а особенно в тех случаях, когда сообщаются сразу несколько духов.
    В подтверждение своей гипотезы, согласно которой представления Кардека и его кружка влияли на медиума, Вемз не раз ссылается на известный опыт канадских парапсихологов, выдумавших личность, которую они нарекли Филипом:

    Был составлен сценарий — подробно разработанная биография личности, которую предстояло "надумать", его подробная характеристика, события его жизни и т. п. Был выбран персонаж из времен Средневековья, названный Филипом. Группа из 8 немедиумичных участников систематически работала несколько раз в неделю по нескольку часов, "надумывая" Филипа, внедряя в его сознание надлежащие сведения и мысли. Вначале применялся метод медитации и продвижение не наблюдалось, по-видимому, из-за несогласованности волеизъявлений участников. Поэтому в дальнейшем перешли на использование методики "общего веселого обсуждения" и вскоре начались "физические" проявления Филипа — стуки в материале стола, его перемещения, левитации и ответы стуками на задаваемые Филипу вопросы. Выявлявшаяся в переговорах личность Филипа соответствовала тому, что было в него заложено, а сведения, которые он сообщал о себе, — его спроектированной биографии. Его проявления усиливались и он укреплялся, как личность, при выражении веры в него и, наоборот, увядал от скепсиса, даже мысленного, невывсказанного. Под конец он даже стал склонен делать некоторые усилия для утверждения реальности своего существования. Так, например, он согнул ночью ключ, оставленный на столе. В остальном Филип был типичным "духом круга". Если экспериментаторы нарочно и согласованно изменяли свои мнения по какому-либо вопросу, изменял их и Филип. Хотя эксперименты с Филипом лишь подтвердили старый опыт медиумизма, они чрезвычайно интересны тщательностью документации, планомерностью и научной достоверностью. Вторая, независимо действовавшая группа исследователей повторила опыт "создания П" с неменьшим успехом: коллективными усилиями была "надумана" сущность, названная "Лилит". Исследования в этой области продолжаются. ("Контуры мироздания, с. 191-192")

    И тем не менее - как нам представляется, канадские парапсихологи, а вслед за ними и Вемз, по-видимому излишне доверчиво отнеслись к результатам эксперимента. Ведь от имени Филипа могла сообщаться не только полностью выдуманная сущность, так сказать сгусток мысле-энергии, но и обычный дух - каков бы ни был повод для этого у этого существа, такой возможности отвергать никак нельзя. В последнем случае канадских исследователей вполне могли просто разыграть, и если бы они всерьёз отнеслись к идее о том, что вымышленная "личность" Филипа может функционировать как живое существо, будучи от него не отличимым, то розыгрыш духа достиг бы своей цели.
     Предполагать подобное развитие ситуации нас заставляет следующее. В "Книге медиумов" оговаривается особенно, что "вызывать" можно кого и что угодно:

Можно ли вызывать дух животного?
    - "После смерти животного разумное начало, бывшее в нём, находится в состоянии бездейственном. Оно тотчас же употребляется некоторыми духами, на которых возложена эта обязанность, для одушевления новых существ, в которых оно и продолжает развиваться. Таким образом, в мире духов нет блуждающих духов животных, но только духи человеческие. Это отвечает на ваш вопрос."
- Каким же образом случалось, что некоторые вызывали духов животных и получали ответы?
    - "Вызовите скалу - и она ответит вам. Всегда есть множество духов, готовых отвечать на всё."
Примечание. По этой же самой причине, если вызвать мифическое или аллегорическое лицо, то оно будет отвечать, т.е. будет отвечать за него дух, который примет его характер.
    Некто вздумал однажды вызвать Тартюфа, и Тартюф тотчас явился. Этого мало, он говорил об Оргоне, Эльмире, Дамисе и Валере, о которых сообщил различные сведения. Что же касается до него самого, то он подражал лицемеру с таким искусством, как будто Тартюф был действительно личность. После он сказал, что он был дух актёра, игравшего эту роль. Лёгкие духи пользуются всегда неопытностью вызывателей, но они остерегаются обращаться к тем, которых считают достаточно опытными, чтобы открыть их обман, и которые не поверят их сказкам.
    У одного господина в саду было гнездо щеглов, которыми он очень интересовался. Однажды гнездо это исчезло. Уверившись, что никто из его домашних не был способен на такое преступление, он, будучи сам медиумом, вздумал вызвать мать этих птенцов; она явилась и сказала ему на прекрасном французском языке: "Не обвиняй никого и успокойся насчёт участи моих малюток. Это кошка, прыгнув, опрокинула гнездо: ты найдёшь его на траве, вместе с птенцами, которые не были съедены."
    Проверив это, он нашёл всё, как было сказано. Нужно ли заключить из этого, что отвечала птица? Нет, очевидно. То просто был дух, который знал всё происшествие. Это доказывает, как нужно быть осторожным в сообщениях и как справедлив вышеприведённый ответ: вызовите скалу, и она ответит вам. (Аллан Кардек, Книга медиумов, гл. XV "О вызываниях")

    Разумеется, может вознинуть вопрос - как отличить бездушную мыслеформу от живого духа? Может ли здесь a priori быть объективный критерий разграничения этих двух принципиально различных сущностей? Ведь если его применять абсолютно последовательно, то таким образом можно поставить под сомнение всю спиритическую практику, что, кстати, и является одним из основных аргументов противников спиритизма. Разумеется, такой критерий существует. Он коротко и ясно выражен в посланиях философа Потча, приведённых в книге Э.Баркер "Письма живого усопшего":

     "Напр., если я встречу здесь существо, или что мне покажется существом, и мне кажут, что это известный герой романа, вроде Жана Вальжана Виктора Гюго, я буду иметь основание думать, что это лишь мысле-образ, но настолько жизненный, что он кажется настоящим существом в этом мире разреженной материи. Но до сих пор я ещё не встречал таких героев.
     Таким образом, пока я не удостоверюсь, что встреченное существо слышит меня и может отвечать мне или другим, которые обращаются к нему с беседой, - я не могу окончательно решить, что оно действительно существует. Отныне я буду исследовать всех, встречающихся мне. Герой романа или иное создание мысли, как бы живо оно ни казалось, не может отвечать на вопросы (sic!!!), ибо не имеет души, не имеет реального центра сознания." (Письмо XIII "Реальные и нереальные формы")⁶

    Таким образом, идею Вемза о том, что вымышленные идеи могут "вещать" сами от себя, следует признать необоснованной. Не более убедительны выраженные Вемзом сомнения в том, что с Кардеком могли общаться Высшие Духи:

     Но имеется и противоположная тенденция, также способствующая дезинформации, заключающаяся в утверждении возможности общения лишь с особо "высокими" П₀ - христианскими святыми, философами, историческими личностями и т.п. Эти представления насаждал А.Кардек. Он выработал правила различения "высоких" и "низких" П₀ по скупости первых на советы и по характеру речи - простой у высоких и превыспренней у прикидывающихся высокими, а, в действительности, низких П₀ /70/. К сожалению, всё это не так просто. ("Контуры мироздания", с. 224")

    На сём аргументация исчерпана - не всё так просто, и точка! Что же именно "не так просто", автор не объясняет, а о том, что он не вполне глубоко вчитывался в книги Кардека, свидетельствуют следующие строки:

     Вряд ли справедливо утверждение Кардека - "Высокие отшедшие всегда правдивы, а низкие - лживы." Слова всех надо тщательно взвешивать. ("Контуры мироздания", с. 265)

   Мы готовы поспорить с тем, что Кардек считал все послания духов, не относящиеся к высшим ступеням небесной иерархии, лживыми и бесполезными, - это только искажает суть дела - но согласимся с тем, что взвешивать нужно слова не только "низких", но и "высоких", говоря языком Вемза. Увы, но Вемз не только не общался с последними, но и весьма едко на протяжении всей своей книги высказывался о тех, у кого это получалось. Кардек отмечал, что зачастую медиумам свойственно преувеличивать результаты своей практики (и, соответственно, приуменьшать труды других коллег по цеху). Как показала история спиритизма, то же самое порой приложимо и к исследователям, в данном случае - к антагонизму Кардека с одной стороны и Аксакова, Запорожца и иже с ними - с другой. Вемз напрямую обвиняет Кардека в заблуждениях, догматизме и прочих грехах, нисколько не заботясь об аргументации, как бы подразумевая, что любому человеку, прочитавшему книги Кардека, ничего другого не остаётся, как согласиться с автором "Контуров мироздания". Такой позиции придерживаются все основные оппоненты Кардека - за неимением лучшего им остаётся уповать на голословные утверждения (или же просто неуместные насмешки). И действительно, в трудах Кардека практически на все эти возражения уже даны ответы, безукоризненные с логической точки зрения и не противоречащие сложившейся практике спиритизма.
     Впрочем, вопрос экспериментальной подоплёки данной дискуссии не столь тривиален. Если мы сравним высказывания духов, приведенные у Кардека и у Вемза, то тут же убедимся в том, что к последнему столпы спиритического движения (Дух Истины, Августин, Людовик XVI и т.д.) как-то не хаживали.⁷ При этом немаловажно отметить следующее: экспериментальный спиритизм должен опираться на учёт специфики исследуемого материала, если так позволительно сказать о живых существах. Если исследователю не удалось установить очевидный контакт с иерархами духовного мира, то не обязательно это свидетельствует об их несуществовании или же о принципиальной невозможности общения с ними. Представим себе ситуацию, когда первокласснику захотелось пообщаться с членами Академии наук на предмет решения "сложнейшей" арифметической задачи или же просто для того, чтобы "объективно" убедиться, что учитель не врёт, и академики действительно существуют. Очевидно, что этот школьник обречён на неудачу, и скорее всего никто из академиков не проявит к нему интерес по причине собственной занятости, что сам школьник осознает, когда подрастёт. Если вернуться к нашей основной теме, то можно констатировать, что условий для общения на одном уровне с Высшими Духами Вемзом создано не было, в основном из-за его чисто физикалистского, ярко выраженного позитивистского отношения к спиритизму (этот упрёк следует адресовать не только и не столько одному В.М.Запорожцу, сколько всему спиритическому сциентизму). Кардек, который отдавал приоритет нравственному содержанию спиритизма - о чём впервые заявили сами духи в США ещё в 1848 году, т.е. когда сам Кардек спиритом ещё не был - сумел своей позицией создать почву и выработать общий язык для общения с Высшими Духами, которые проявили к нему интерес. В методе Запорожца такая почва отсутствовала как таковая, Вемз просто сомневается в существовании Высших Духов и в возможности общения с ними, приводя лишь сообщения духов (иногда не без матерщины) из ближайших слоёв астрала, которые, являясь достаточно интересными как свидетельства, в то же время были вполне ординарными и не выражали особенно глубоких идей. Несомненно, такие же духи попадались и Кардеку, но в том-то и дело, что французскому автору не составило труда привести куда более осмысленные и разумные послания, чем у его оппонента. В талантливой редакции Кардека послания представляют собой единое целое, оригинальную концепцию, не предсказуемую никакими земными представлениями, но наоборот, их обогащающую, как бы кто ни пытался - всегда голословно - доказать обратное. Философия Духов, переданная нам в книгах Кардека, более свидетельствует о реальности духовного мира, чем будничные послания из "Контуров мироздания", из которых следует, что мир духов крайне беден и в духовном отношении изрядно уступает земному, что само по себе абсурдно. Сам Вемз только усиливает это впечатление, иронизируя над Кардеком, "якобы общавшимся с "высокими" духами", из чего мы должны бы были заключить, что Высшие Духи - чья-то глупая выдумка...
    Как мы уже упоминали, профессор Вемз de facto исходит из позитивистских принципов научного познания. Если вкратце, то суть позитивизма как стиля научной методологии заключается в отрицании значения философии для научного познания, которое должно сводиться к описанию явлений, а в целом представлять из себя совокупность сведений, полученных в отдельных дисциплинах без далеко идущих обобщений. Но позитивисты не учитывают, что один из главных критериев состоятельности научной теории или философской модели заключается не только в её соотношении с реальными фактами, но и в её объяснительных возможностях. Нетрудно будет догадаться, последний критерий к позитивизму не приложим именно потому, что тот намеренно (причём совершенно субъективно) брезгует экспланаторной (т.е. объяснительной) функцией науки, что, разумеется, крайне его ограничивает и снижает его научную ценность. Не случайно позитивизм, изначально претендовавший на титул абсолютно объективного метода, в ходе своего развития всё более тяготел к субъективизму (а для философов-марксистов - и к идеализму). Ход развития методологии науки подтвердил слабость позитивизма, и хотя время от времени то здесь, то там появляются позитивистски настроенные течения, в целом уже можно констатировать, что данный метод является для науки давно пройденным этапом.
    Таким образом, серьёзное исследование не возможно без философской базы - которая была у Кардека и от которой дистанцируется Вемз - иначе она будет представлять из себя хаотическое блуждание в джунглях идей, гипотез и представлений, а в конечном счёте - ту же предвзятость и субъективность. Вемз склоняется к позитивизму, стараясь избежать любого вмешательства спиритической философии в свой анализ с благородной целью непредвзятого изложения фактов, однако в конечном счёте это приводит его к субъективности, примеры чего мы привели выше. Выбранный Вемзом метод ведёт в тупик, равно как и любое чисто эскпериментальное исследование спиритизма, а отрицание универсальности реинкарнации вдобавок к тому воскрешает те мировоззренческие проблемы, которые уже были решены без остатка в концепции Кардека. Впрочем, мы перечислили выше лишь недостатки книги "Контуров мироздания", обладающей, тем не менее, бесспорными достоинствами, судить о которых мы предоставим нашим посетителям в скором времени.

******************************************************************************************

¹ ... а также поверхностное знакомство с нею - также как и в случае с "академиками".
² Эта знаменитая фраза, которую нашим ушам приходится слышать до сих пор - такова уж горькая участь человеческих органов слуха - отрицает саму возможность применения логики в столь сложной теме. "Этого не может быть, потому что я не хочу этого!", вот что здесь говорится на самом деле, и самое печальное заключается в том, что преступлением пред лицом науки считается не сие высокомерное разглагольство, а смелый и порой неблагодарный поиск истины. "Академики" в своей массе знать не ведают истории и фактологии спиритизма, но тем не менее считают, что их опровержения являются на редкость убедительными, хотя на самом деле ответы на их аргументы были найдены ещё году в 1860-ом. Но, к сожалению, об этом знают лишь единицы, знакомые со спиритизмом, тогда как эти "эксперты" продолжают и по сей день будоражить умы читателей бульварной прессы своими мнимыми разоблачениями.
³ Далее, Запорожец отмечает, что эти сведения более чем сомнительны. Тем не менее, сообщения о высоком положении юпитерианской цивилизации в спиритической практике достаточно часты.
⁴ Вообще вопрос о реинкарнации относится к наиболее дискутируемым в спиритизме проблемам. Не будет большим преувеличением сказать, что именно по отношению к реинкарнации различаются французский спиритизм и англо-американский спиритуализм. Очевиден факт того, что далеко не все духи вспоминают после смерти свои предыдущие жизни. Андре Луис в своей книге "Астральный город" пишет, что далеко не все жители загробного города помнят свои прошлые воплощения, причём это объясняется тем, что таким духам, также как и живым людям, доступ к памяти предсуществований закрыт во избежание появления травмирующих воспоминаний или возвращения прежних вредных привычек. С другой стороны, автор "Писем живого усопшего", философ Дэвид П.Потч - заметим, американец - вспоминает свои предыдущие существования вплоть до животного состояния (письмо XVI). Существует объяснение национальных различий в лёгкости воспоминания прошлых жизней после смерти, принадлжежащее Леону Дени, который, пытаясь объяснить равнодушное отношение английских и американских спиритов, проживающих, как известно, в протестантских странах, к реинкарнации, указывал на то, что в протестанстве Божий суд души происходит сразу после смерти, соответственно, умерший сразу и без задержек попадает в рай или ад. В католицизме, где есть понятие "чистилища", вынесение неумолимого приговора может быть отсрочено (как известно, понятие "чистилища" было решительно отвергнуто основателем протестантизма Кальвином из-за того, что оно оправдывало торговлю индульгенциями). Соответственно, для умерших протестантов развитие заканчивается сразу после смерти, тогда как католику ещё оставлен шанс исправить свои грехи. Не умаляя достоинств этого объяснения, нам кажется, что оно нуждается в дальнейшей проработке, что могло бы быть сделано в рамках специализированного исследования.
⁵ При этом Вемз ссылался в том числе на Камиля Фламмариона, который в молодости был активным членом общества Кардека, и даже после смерти последнего получил преложение возглавить общество, от которого он, тем не менее, отказался. В дальнейшем Фламмарион разочаровался в кардековском методе, изложив свои критические выводы в книге "Таинственные силы природы" ("Les forces naturelles inconnues", 1907). Тем не менее, как свидетельствуют историки спиритизма, к концу своей жизни Фламмарион преодолел этот кризис и опять вернулся к философии Кардека, о чём свидетельствуют его последние книги "La Mort et son Mystere" (в 3 томах) и "Les Maisons Hantees", изданные в 20-ых годах прошлого века.
⁶ Очевидно, что ум как мыслительный аппарат, не есть то же самое, что и живое существо:

Дух, есть ли это синоним ума?
     - "Ум есть главное свойство Духа, но тот и другой смешиваются в общем принципе таким образом, что для вас это как бы одно и то же." ("Книга Духов", §24)

⁷ Разумеется, у нас нет полного листинга всех бесед Запорожца с духами, поэтому наши суждения основываются исключительно на материалах из "Контуров мироздания".